Сразу оговорюсь: под словом “любовь” в заголовке я подразумеваю добрые отношения двух великих музыкантов и любовь к музыке, а не то, о чем некоторые могли подумать. Если вы меня понимаете и разделяете мою точку зрения, читайте дальше. Но если вы рассчитываете узнать какие-либо пикантные подробности и жареные факты – вам на другие сайты. Здесь этого нет и никогда не будет.

Начну с того, что оба главных героя статьи – практически ровесники, и это важный момент. Брайан родился в 1947, он всего на год старше Оззи, но в таком возрасте разница практически не ощущается.

Оба в юности испробовали себя в различной трудовой деятельности, бросив школу в 15 лет. Джонсон отслужил в армии, а Озборн отсидел полтора месяца за кражу. Но объединяет их в первую очередь то, что и один, и другой с детства грезили музыкой.

Если не принимать в расчет подростковую команду Брайана The Gobi Desert Canoe Club, то первый серьезный музыкальный опыт у него появился в 1971, когда он основал Buffalo, переименованную год спустя в Geordie.

В это время случилось кое-что очень важное, определившее судьбу Джонсона. Брайан рассказывал, что был обычным подмастерьем, а все вечера посвящал своей недавно собранной команде музыкантов.

И вот однажды в обеденный перерыв, стоя в очереди, он услышал из музыкального автомата незнакомую песню. Она называлась “Paranoid”, а исполняли ее какие-то неизвестные ему Black Sabbath. И тут он понял, что ничего лучше никогда не слышал.

С этого момента Брайан не мыслил себе иной стези, кроме музыкальной. Но Geordie так и не стали суперпопулярной группой. Четыре альбома, в записи которых он принял участие, не принесли ему ни удовлетворения, ни мировой славы.

Лишь в восьмидесятом, оказавшись в AC/DC, он понял, что судьба ему наконец-то улыбнулась. А Оззи к этому времени уже успел вылететь из Black Sabbath, заняться сольной карьерой, написать множество новых песен, альбом “Master of Reality” получил платиновый статус, а сам Оззи – всемирную известность.

То, к чему Оззи пришел легко, без напряга, находясь в перманентно одурманенном состоянии, Брайану только предстояло познать. И он, разумеется, познал. Но все эти годы Джонсон неустанно признавался в любви к Black Sabbath, а песню “Paranoid”, которая произвела на него незабываемое впечатление, до сих пор называет самой важной в своей судьбе.

Поэтому неудивительно, что Брайан Джонсон обожает Оззи. Но это чувство не взаимно. Для самого Озборна любимый вокалист AC/DC – это вовсе не Брайан Джонсон, а Бон Скотт.

“Я люблю Брайана Джонсона, – говорил Оззи. – Но мой хороший друг, покойный Бон Скотт, по-моему, был лучшим в AC/DC. Да, Брайан хорош. Но я предпочитаю Бона”.

Любопытно, что то же самое говорят многие известные музыканты, ровесники Оззи. Джонсон так и не стал для них “своим парнем”. Интересно, с чем это связано? Не с тем ли, что Брайан пришел в группу уже зрелым человеком, в возрасте 32 лет, и не был в числе основателей AC/DC? Что скажете?